Начиналось все красиво и романтично. Когда компьютеризация начала победоносное шествие по планете, когда появись интернет и сети, когда поднялись колоссы Microsoft и Adobe, тогда же расцвели Кибер Робин Гуды, Кибер Романтики, Кибер Идеалисты — хакеры. И они сказали: «Доступ к компьютерам и информации должен быть свободным» и принялись за дело. Хакинг был красив, молод и благороден. Если крали ПО или взламывали его защиту, то для всех. Если вскрывали сервер, то выкладывали в корень файл с описанием, эксплойта. И лишь через некоторое время дефейсили, если до админа не доходило. Хак был культурой, образом жизни, способом мышления и даже искусством. У него был свой сленг, юмор, фольклор, легенды. Он послужил рождению литературного жанра — киберпанк. У него даже появились свои мученики и иконы. Но самое главное, хак был инструментом познания этого нового, кибернетического мира. Его тайн, глубин и возможностей Это было детство компьютерной эры, время вседозволенности и анархии. И большинство хакеров сами были детьми.

Но время шло, хакеры взрослели. Обзаводились семьями и детьми. И им стало открываться очень неприятное откровение. Оказывается за вскрытую прогу, тебе скажут спасибо, назовут крутым, угостят пивом, но и только. Детей пивом не накормишь. А раз так, то прогу можно продать. Пусть дешевле, но за реальные деньги.

Все! Пи@#ец!"

Красивый лозунг - «Информация должна быть свободной», съежился и стыдливо пятясь скрылся на задворках истории. Зайдите на astalavista. Все чаще рядом с именем программы стала любоваться пара цифр в баксах. Вчерашние анархисты и бунтари, одели белые рубашки и галстуки и пошли работать. Кто-то программистом, кто-то админом. Кто-то стал помогать ловить своих же. Детство кончилось. И началась суровая зрелость. Хак стал, расчетливым и жестоким. Но самое обидное, он стал тупым. Изучать ничего не надо. Все уже изучено и придумано. Написана туева хуча прог для взлома. И если ты скачал и установил хотя бы одну, то ты уже хакер. И в сеть ринулись тысячи ламеров отягощенные комплексом неполноценности. Без царя в голове, без целей, без идей, с одним лишь желанием - самоутвердиться. Они сканят и брутфорсят всех и вся. Они взламывают своего соседа по лестничной площадке и считают себя богами хака. О таких вещах как анонимайзер они даже не подозревают и выходят в сеть напрямую. Их берут за жопу пачками. Но за соплями и слезами, и фразами: «Дяденька,я больше не буду», не разглядеть Кибер Робин Гудов, благородных компьютерных пиратов, флибустьеров информационных морей и океанов, не разглядеть хакеров.

                    Начать легко. Нужно просто иметь много кофе и немного силы воли. Ночь слишком хорошее время чтобы бездарно тратить его на сон. Нет, без сна конечно никак, но примерно раз в неделю, я засиживаюсь допоздна и в час ночи выпиваю первую, ритуальную кружку крепкого кофе. Ночь слишком хороша чтобы просиживать ее в Интернете, лазая по порносайтам, чатам и форумам. Портить ночь просмотром телевизора - пошло. Ночью надо жить. Надо дышать этим густым, темным воздухом сдобренным звездами и шелестом листвы. Ночью нужно писать. Писать и петь. Или рисовать. Что угодно лишь бы творить, потому что ночь, это время Творцов, время творчества. Часам к трем, мозг, накачанный парой, тройкой кружек кофе уже непроизвольно подключается к Ноосфере и вас начинает «переть». Ни в коем случае нельзя ложиться спать. Пара жалких часов, предательски пожертвованных Морфею, выбьют вас из колеи на весь день и вечер, и только здоровая порция сна вернет вас в люди. Ложиться спать нельзя, потому что самое интересное только начинается. Утро/День. Все-таки будет лучше, если день будет нерабочим. Днем нужно идти тусоваться, общаться с друзьями, вообще вести себя активно и начинать отслеживать ощущения. О, вот где изюм из булочек. Ощущения начинаются совершенно наркоманские. Чем дальше к вечеру, тем больше галлюцинаций. Слуховые, зрительные по полной программе. Самое интересное, что к тому времени, часам к семи, восьми, не остается и намека на сон. Начинает казаться, что ты находишься в другом мире, в параллельном измерении. Все ощущения нереальны и новы. Звуки слышаться по другому, краски видятся по иному. Наступают моменты, когда ты понимаешь, что можешь сойти с ума. Потому что грань между реальным и ирреальным, настолько тонка, что вот-вот порвется. И от этого становится страшно. Но с другой стороны ты все-таки еще можешь удерживать эту грань и в такие моменты, ты властелин реальностей! Самое смешное, что алкоголь никак не усугубляет твое состояние, а наоборот, притупляет его и возвращает к обычным восприятиям пьяного организма. Таким образом, можно совершенно легко зависнуть до двух, трех часов ночи. Но это при наличии хорошей веселой компании (обязательно). А вот потом желательно пойти поспать. Хотя на тот момент спасть уже абсолютно не хочется и можно даже попробовать довести эксперимент до двух и более суток. Но это чревато банальным нервным расстройством, ибо ресурсы не безграничны. Во всяком случае, я пока не пробовал… :))

Наблюдая в окно, как солнце близится к закату, на тебя накатывает ощущение края пропасти, ощущение постъядерного мира. Но когда вспоминаешь, что с тобой происходило на этом месте два года назад, становится понятно, что почти так  оно и было. Когда перестала существовать остальная часть города, а остался только твой дом на краю обрыва. Мир оторвался от тебя и единственным мостом между тобой и миром, единственной стеной между тобой и сумасшествием, единственной, была она. Она приезжала на своем громадном внедорожнике и забирала тебя туда, где были только вино и музыка. Она забирала тебя из мира безысходности. Мира, где убили твою любовь и разрушили твою вселенную. И вы мчались по ночному городу пьяные от вина, любви и желания. Вы кочевали по дачам её друзей и встречались в перерывах между её любовниками. Ты снова начал творить, и твой голос снова зазвучал в ночном воздухе.
            То время застыло мухой в янтаре. Другая жизнь длинною в несколько месяцев. Вне этого мира и времени. И кажется что даже и не с тобой. Но когда возвращаешься на это место и наблюдаешь за падающим солнцем, ты вспоминаешь, как удержался на краю, ухватившись за мысль о ней.